Пятница, 20.04.2018, 23:10 Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
Авторский сайт
Сергея Русинова
 
Меню сайта
Категории раздела
Статьи автора [74]
Книги [2]
Содержание книги о городе [46]
Наш опрос
Как вы оцениваете творчество?
Всего ответов: 76
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Статьи и Книги


Главная » Файлы » Статьи автора

А ФРЕЙД-ТО БЫЛ ПРАВ… ПОЧТИ
05.10.2013, 10:52
Дифференциальная философия

А ФРЕЙД-ТО БЫЛ ПРАВ… ПОЧТИ

Для думающего, наблюдательного, читающего человека не секрет, что род людской привык всё познавать в сравнении. Измеряя пространство, он сравнивает расстояние с эталоном метра, аршина, фута и прочими, меряя время – с эталоном часа, минуты, секунды, вес какого-либо предмета – с эталонами массы… То есть, мой рост, например, ровно столько, как один метр и семьдесят шесть сантиметров, мой вес – как 80 килограммов, мой возраст – как 46 лет.
Но только ли для физических величин существуют подобные своеобразные эталоны? Думается, что нет. Не может людское сознание к одним вещам применять один подход, к иным – иной. Если уж сравнивать нечто с условными эталонами, то сравнивать придётся всё время и что ни попадя. Мировые-то законы одинаково проявляются во всём!
Как оказалось, эталоны в сознании человека существуют абсолютно для всего, о чём бы он ни помыслил, что бы ни увидел вокруг, что бы ни представил. Эти эталоны, или как я их ещё называю – базовые эталонные образы – как новообразования появляются в индивидуальном сознании в процессе воспитания, «первичного» вхождения человека в социум.
Классифицировать эти базовые эталонные образы можно, как угодно, как кому удобнее. Удобнее всего – по модальностям: визуальные, аудиальные, кинестетические… В этом случае проще понять суть предлагаемой мной идеи. Но мне самому больше нравится делить их по наличию и качеству прототипа, поскольку из деления по модальностям выпадают сразу несколько групп базовых эталонных образов – графические (буквы, цифры, ноты и проч.), образы-символы, а также те образы, которые я назвал управляющими.
Обо всём этом я довольно подробно пытаюсь рассуждать в своей новой книге с рабочим названием «В царстве мыльных пузырей», которая, по сути, является естественным, но куда более замудрёным продолжением и расширением моей первой книги «Как стать святым?». Но я никак не могу удержаться от того, чтобы не предварить её этой статьёй, во-первых, потому, что меня прямо-таки распирает от желания поделиться с вами, мои дорогие читатели, своими новыми мыслями, а во-вторых, никогда не помешает, так сказать, застолбить за собой эту тему, поскольку книга для широкой читательской аудитории получается довольно заумной, нудной, да к тому же, её написание по целому ряду причин подаётся не так быстро, как того хотелось бы...
А здесь я попытаюсь изложить свои мысли насколько смогу проще и доступнее.

«Я его слепила из того, что было…»

Эх, знали бы авторы шлягера, из которого я позаимствовал заголовок этой заметки, насколько серьёзно они, что называется, попали в точку в этой фразе из, в общем-то, несерьёзной песни!
Дело в том, что каждый из нас строит картину мира, в том числе и образы окружающих его людей из того «строительного материала», что имеется в его распоряжении. Если у человека за душой нет ничего, кроме, простите, дерьма, то и образы ближних и дальних у него получаются соответствующими… Но всё это шутки, а если серьёзнее?
Вспомните, как мы с вами познаём окружающий нас мир. Например, вы видите перед собой некий предмет, причём, неважно, знакомый или не знакомый... Постойте-постойте, для объяснения сути моей идеи всё же куда больше подойдёт незнакомый. Итак, пусть вы видите перед собой незнакомый предмет. Для того, чтобы понять что это такое и что с ним делать мы запускаем процесс, который психологи называют атрибуцией, то есть мы пытаемся его классифицировать, то есть соотнести его с неким классом знакомых нам по опыту предметов, предварительно «разобрав» его на части-признаки или приписав их ему. Вот эти-то самые части я и назвал базовыми эталонными образами, поскольку они универсальны и присущи не только одному конкретному описываемому предмету, а целому классу предметов.
Но давайте подойдём, что называется, ближе к телу. Например, житель таёжной глубинки впервые увидал заморский тропический фрукт ананас. Пытаясь понять что это такое, он будет мысленно разбирать его на запчасти – округлый, шероховатый фрукт, похожий на кедровую шишку… При этом привлечённые им для этого признаки-атрибуты – «округлый», «шероховатый», «фрукт», «кедровый», «шишка» - это и есть эталонные базовые образы! Тот же базовый образ «круглый» может быть «притянут» к чему угодно – яблоку, озеру, солнцу или даже к голове, она ведь тоже когда не перегружена излишней информацией, то не квадратная.
Или, допустим, вы видите перед собой человека, что вы о нём скажете? Ну, например, симпатичный мужчина средних лет, коротко постриженный брюнет, среднего роста, европейского типа и т.д. Видите, сколько вспомогательных базовых образов для описания одного единственного человека мы с вами уже привлекли. А ведь для детального описания даже этого не достаточно. Такого «строительного материала» у каждого конкретного человека может быть больше или меньше, всё зависит от возраста, житейского опыта, культурной принадлежности, фантазии, а главное – от интеллектуального уровня «строителя», который довольно жёстко опосредован уровнем его образования. Чем выше этот уровень, тем шире кругозор, тем больше в индивидуальном сознании человека набор эталонных базовых образов. Наши без сомнения великие предки это прекрасно понимали, поскольку процесс получения человеком комплекса эталонных базовых образов, позволяющих ему более точно, широко и подробно определять предметы и явления этого мира, они буквально дословно назвали ОБРАЗОВАНИЕМ!
Как часто мы словно Пигмалион создаём внутри себя образ другого человека из собственного (а не его) «строительного материала», а потом влюбляемся (то есть буквально – «влюбляем себя») не в реального человека, а в тот образ, что сами же и создали! Но это уже – к вопросу о проекции и атрибуции, а это в тему нашего сегодняшнего разговора не входит…
Прямо-таки какая-то интроспекция жизни получается! То есть буквально «глядение внутрь себя». Так-то оно так, да не совсем. Опыты по интроспекции потому и провалились, потому что участники экспериментов занимались ни чем иным, как примитивной атрибуцией, пытаясь усилием воли продифференцировать уже существующие в их сознании цельные образы предметов, разложить их на универсальные (!) базовые эталонные образы! А образы эти по отношению к практически любому предмету (читай – его образу в нашем сознании) вторичны по времени, поскольку появились в сознании гораздо позже, чем сам образ предмета. К примеру, сначала человек, будучи «познающим» (а я бы сказал точнее – усваивающим чужие готовые понятия) мир ребёнком, получает цельный образ яблока и только потом в процессе образования узнаёт, что оно, оказывается, ещё и круглое, зелёное (красное, жёлтое и проч.), сладкое (кислое). Но давайте поговорим об этом немного подробнее.

Мапа или Пама

Сразу честно оговорюсь, что ниже в этой заметке пойдут лишь ничем не подтверждённые умозаключения, подсказанные более логикой, опытом, да и другими, уважаемыми мной людьми. Поэтому не побоюсь быть отчасти неоригинальным. Умозаключения эти не выдерживают критерий фальсификации, а посему не могут даже близко считаться научными. Поэтому к ним нужно и относиться соответственно. Во всяком случае, пока не изменится научная парадигма и на смену постулатам Венского кружка не придёт нечто новое. А оно уже неумолимо грядёт, стоит у порога и даже уже настойчиво стучит в двери, упорно удерживаемые некоторыми ярыми представителями традиционной для XX века привычной научной парадигмы…
Рождаясь на свет, ребёнок воспринимает мир цельным не просто потому, что, как утверждается, плохо видит и слышит. Всё гораздо проще. В его сознании ещё нет никаких атрибутов, базовых эталонных образов. Он ещё не знает, что такое «холодно», «тепло», «громко», «тихо», а уж про другие качества мира и подавно не ведает. Единственным, пожалуй, критерием даже не познания, а существования для него в этом возрасте является толи чувство, толи ощущение, которое мы, взрослые, обогащённые эталонными образами, можем назвать заморским словом «комфорт». Да и мир-то для него впервые дни жизни имеет, пожалуй, образ материнской груди, который со временем вырастает до гораздо более крупного образа, который мы с вами назвали бы «мама». Здесь папы ещё нет, он, как правило, появляется несколько позже, но не как самостоятельный, отдельный образ, а как часть цельного эмоционального образа «мама». И образ «мама» постепенно расширяется до опять-таки цельного (!) образа, который уместнее назвать «мапа». Естественно, речь идёт о цельной, полной семье. В случае же отсутствия одного из родителей дело образования приобретает большую сложность и даже некую запутанность. Цельность «мапы», как начального образа всего мира, человек несёт в себе до довольно зрелого возраста, если не сказать – всю жизнь. Поэтому-то разрушение «мапы», или попросту говоря - развод родителей, даже взрослым человеком воспринимается, как очень болезненный развал цельного образа мира, а уж ребёнком-то и подавно.
Постепенно в процессе накопления опыта, комплекса эмоций, ощущений, мир начинает становиться более определённым. Интуитивный, стихийный, во многом завязанный на чувство комфорта процесс «познания», а я бы сказал – «несколько нарочито навязанного описания» мира принимает более определённые черты. Ребёнок чувствует нечто, а у родителей уже готов для этого чувства шаблонный базовый эталонный образ. Так родители, сами того не осознавая, социализируют своё чадо, постепенно вводят в человеческое общество, а главное, что надо бы нам всем осознать, учат понимать себя, осознавать то, что мы от него хотим и уже самому делать то же самое.
Поначалу эталонные образы не столь конкретны и несколько размыты, например, комплекс приятных ощущений обозначается как «чача», а неприятных или нежелательных с точки зрения родителей – «кака», неприятные физические ощущения обретают черты столь же примитивного и размытого образа «айка». Со временем сам мир, предметы и явления в нём становятся более… хотелось бы сказать определёнными, но такое понятие тут не совсем подходит. Картина мира, некогда цельная и во многом гармоничная, начинает «прорисовываться» нюансами, «дифференцироваться» на атрибуты или в нашем понимании – на базовые эталонные образы. Так, только после получения ребёнком образов, например, «округлый» и «зелёный» он вдруг понимает, что они вполне соответствуют образу яблока в его сознании. Причём, весьма важно понять, что для каждого конкретного человека появление в его сознании того или иного эталонного базового образа навсегда остаётся связанным с тем предметом или явлением при посредстве которых он этот образ-понятие получил, или как я говорю – с прототипом образа. Например, если ребёнку пытались объяснить, что «круглое» - это такое, как яблоко (арбуз, голова и т.п.), то образ круглого в его сознании всегда будет завязан на яблоко. Дальше в его сознании будет создана логическая формула вроде: круглое – «это такое, как яблоко», которая займёт своё постоянное законное место среди неосознаваемых человеком автоматизмов. Точно также, как базовые талонные образы «стул», «стол», «дом» будут для человека навсегда и накрепко завязаны на вполне конкретные стол, стул и дом при посредстве которых он эти понятия получил. Важно понять ещё вот что. Эти, вполне конкретные «прототипы» базовых эталонных образов для каждого конкретного человека будут присутствовать во всех предметах соответствующего класса. Например, первый стул будет всегда «жить» во всех стульях, а первый стол – во всех столах…
Базовые эталонные образы могут появляться и закрепляться в сознании как при непосредственном контакте человека с прототипом образа, так и при опосредованном – через рисунки, фотографии, устные объяснения. Человек, никогда не видевший слона или дельфина, тем не менее, сможет создать их образы при посредстве вспомогательных средств. Именно так учат детей в детсадах и начальной школе. Если для какого-либо предмета или явления прототип отсутствует совсем, то создание его образа бывает крайне затруднительным. Например, нам сложно будет представить себе пресловутую глокую гуздру. Да что там она! Многим из вас, дорогие мои читатели, набор слов – Русинов Сергей Александрович – не скажет практически ничего, поскольку моего образа в вашем сознании ещё нет, прототип его вам не был никак предъявлен. И если вы не поленитесь и включите фантазию, которая также начнёт оперировать вашими индивидуальными базовыми эталонными образами, то, вполне возможно, что-то там себе и «нарисуете». Но этот ваш образ автора этих строк будет очень далёк от прототипа. Чуть было по привычке не сказал «реального». Впрочем, не намного более точными окажутся и те, кто знаком со мной лично. И даже, простите, я сам…
Точно также дело обстоит и с образами ощущений. Как-то в детстве, помню, мне было интересно понять, что такое изжога. Слышать-то про неё я слышал, но вот прочувствовать как-то всё не доводилось. Все остальные основные ощущения к тому времени были мной опознаны и более или менее определены. А вот с изжогой никак не получалось. Я пытался понять, что она такое, спрашивал у взрослых, «примерял» полученные знания к разным реакциям своего организма. Но до поры, до времени всё было тщетно. Пока однажды, наконец, не почувствовал. Уж лучше бы мне было так и оставаться в томящем неведении…

Поможем Фрейду?

С неживой природой как будто всё понятно. А вот с живой – гораздо сложнее, но потому и интереснее!
В семье человек впервые получает и такие весьма важные базовые эталонные образы, которые впоследствии будут самым непосредственным и активным образом влиять на его жизнь - «мужчина» и «женщина». Важно понять, что прототипом эталонного образа «мужчина» для ребёнка становится отец, а образа «женщина» - мать. Ребёнок уясняет для себя: мужчина – это тот, кто как папа, женщина – это та, кто как мама. Поначалу эти формулы хорошо помогают ребёнку научиться разбираться в поло-ролевых отношениях и со временем переходят на уровень автоматизма, или как сказали бы последователи З. Фрейда - на уровень бессознательного, и потом уже не осознаются, но, тем не менее, очень серьёзно влияют на формирование образов других людей. Именно поэтому жёны бывают часто похожи на матерей, а мужья - на отцов! Пусть даже не физически, а психически…
Во-первых, если «дяденьки – это те, кто как папа» («тётеньки – это те, кто как мама»), то образ отца (матери) неосознаваемо, как его прототип, присутствует в образе каждого мужчины (женщины)! Как, например, образ метра в измеряемой нами длине. Что это может значить? А то, что отношение ребёнка к отцу (матери) незримо входит в образы всех мужчин (женщин) и самым непосредственным образом влияет на наше отношение к любому мужчине (женщине). И наоборот – любое отношение человека к совершенно посторонним мужчине или женщине тут же сказывается на отношениях с его собственными отцом или матерью.
Общаясь с женщинами, кому по жизни не везёт с мужчинами, которые их притесняют, обижают или даже бьют, я всегда советую им простить собственного отца. Поначалу они недоумевают: а отец-то тут причём? Но в ходе беседы, как правило, выясняется, что у всех обижаемых мужчинами женщин (иных случаев в моей практике пока не было) были, мягко говоря, сложные взаимоотношения с отцом, который постоянно унижал, оскорблял или даже избивал мать, а нередко и детей или, в лучшем случае, был эмоционально холоден в отношениях с ребёнком. Агрессивное отношение к отцу (а страх, как я уже не раз говорил в своих работах, это - тоже агрессия) составляющей частью входит не только в образ «отец», но и в эталонный образ «мужчина» и оттуда «бьёт» по любому, кого можно наградить-классифицировать этим понятием. Самое страшное, что почти у всех агрессирующих на мужчин женщин есть сыновья. Судьба как будто специально даёт им шанс исправиться, что-то в себе поменять. Такие женщины, если уж и худо-бедно соглашались с моим утверждением, что агрессия по отношению к отцу бьёт и по остальным мужчинам, но никак не хотели верить в то, что она будет неосознанно гнобить и собственных сыновей, особенно во время их полового созревания. А ведь именно агрессия по отношению к отцу и является первопричиной неудач женщин с мужчинами, ведь закон есть закон и он неумолим – действие равно противодействию – неосознаваемая агрессия, направленная на весь мужской род, родившаяся из агрессии по отношению к отцу, оборачивается вполне реальной и больно ощутимой обратной реакцией! Процесс, когда-то запущенный неумным, агрессивным в чём-то обделённым отцом, если женщина не догадается его погасить, будет исподтишка калечить жизнь всем его потомкам.
То же самое происходит и в отношении с начальством, ведь начальник – это отцовская фигура, и отношение к собственному отцу транслируется и на него тоже. Но об этом достаточно сказано и без меня, поэтому останавливаться здесь я не стану.
Мужчинам в этом отношении повезло больше. Агрессивное поведение матери по отношению к собственному ребёнку идёт вразрез с инстинктами и социальными нормами, а посему уровень материнской агрессии всегда был в разы ниже отцовской. К сожалению, стоит отметить, что ситуация здесь в последнее время чересчур резко меняется… Но отношение мужчин к женщинам, которые, как мать, всегда мягче, хотя без сомнения, точно также несёт в себе отпечаток отношения к матери. Эх, знали бы об этом снохи, при муже ругающие собственную свекровь! Если бы понимали, что от перемены отношения сына к матери пострадают и они сами, то никогда бы так не поступали…
А во-вторых, хочу нагло и бесцеремонно поправить самого великого Фрейда. Отец психоанализа, будучи человеком явно незаурядным, весьма наблюдательным и глубоко думающим, подметил, что на определённом этапе психо-сексуального развития ребёнок начинает сексуально тяготеть к родителю противоположного пола. Отсюда, якобы, происходят комплексы двух «Э» - Эдипа и Электры. А почему это происходит, не рассказал. Просто констатировал и всё. Хотя в то время одно только это уже вызвало шквал непонимания и критики. Хотя, если бы он всё же попытался бы дать этому хоть какое-то объяснение, глядишь новое знание более спокойно и не столь революционно вошло бы в нашу жизнь. Но тогда оно не стало бы столь заметным. Попытаюсь нахально подкорректировать классика и даже помочь ему объяснить столь странные, многим непонятные или даже отрицаемые комплексы.
Действительно, в крайних своих проявлениях подобные комплексы – это не норма, а патология, поскольку, начиная определяться в поло-ролевом смысле, ребёнок испытывает вполне нормальную природную тягу к воссоединению так называемых противоположностей. Опять-таки – то, что искусственно разъединяется (цельная «мапа» - на отдельных маму и папу, а позже – на мужчин и женщин вообще) должно получить импульс на соединение. Неумолимый Закон действия и противодействия включает обратный разделению на различные полы процесс - тяготение. Ребёнка вполне естественно начинает тянуть к представителям противоположного пола. Но ведь для мальчика «тётеньки – это те, кто как мать», «а девочки – это маленькие тётеньки», и сексуальное влечение к женскому полу оказывается частично направленным и на мать, поскольку именно её образ является прототипом образа «женщина» в его индивидуальном сознании и составной частью содержится в образе любой представительницы слабого пола. То есть, сексуальное влечение мальчика (девочки) в норме направлено не на саму мать (отца), а на отвлечённый образ представителя противоположного пола, который словно тесто на дрожжах замешан на образе матери (отца). То есть получается совсем не прямой, а я бы даже сказал в некотором роде обратный фрейдовскому процесс.
Ух, как понаворочал-то! Уж не знаю, понятно получилось или нет…
Не пройду здесь и мимо непростого вывода о том, что ситуация неполной семьи крайне пагубна для психо-сексуального развития ребёнка. Как правило, в наших семьях всё чаще не достаёт отцов. И дело даже не в том, что мальцу, мальчику или девочке, негде набраться крайне необходимых для нормального развития и последующей адаптации в обществе (особенно для мальчиков) маскулинных (мужских) базовых эталонных образов (паттернов) поведения. Дело в том, что формирование базового эталонного образа «мужчина» при этом будет крайне затруднено и пройдёт с деформациями, которые способны исковеркать человеку всю дальнейшую жизнь. И благо ещё, если прототипом образа мужчины станет небезразличный заботливый дедушка. В худшем случае этот образ будет крайне размытым и неопределённым. И ничего хорошего от дальнейшей жизни тут ждать не приходится…

Управляющие образы

Где-то по большому счёту все базовые эталонные образы являются управляющими, поскольку непосредственно влияют на наше восприятие мира, а, стало быть, и опосредованно управляют нашим поведением. Но, как я уже говорил выше, в нашем сознании существует целые классы интересных, я бы даже сказал во многом пустых образов, для которых отсутствуют прототипы, но их прямое, непосредственное влияние на наше с вами поведение, тем не менее, отрицать не приходится. Про эталонные образы предметов, ощущений, движений и прочие я тут, в этой небольшой по объёму статье, не счёл нужным рассуждать, поскольку все дальнейшие разговоры о них не кажутся теперь чем-то сложным и особо интересным.
Вам уже не терпится узнать, о каких таких вещах я начал разговор? Да это же, в основном, образы морали и нравственности! Это такие образы, как «честь», «достоинство», «справедливость», «предательство» и прочие. Вас возмущает, что я назвал их пустыми? Тогда потрудитесь найти нечто вещественное, что стоит за понятием «совесть». Неужели нашли? Я вас искренне поздравляю: вы – гений!
Сколь бы странным или даже комичным это ни выглядело, но образы, с которыми мы постоянно соизмеряем собственное поведение, которыми, как универсальным мерилом оцениваем чужие поступки, при ближайшем внимательном рассмотрении оказываются практически пустыми! За любым из этих образов не стоит ничего конкретного! Поэтому-то их наполнение в пространстве и времени может серьёзно отличаться. Понятие «красиво» или «прекрасно» даже в рамках одного временного отрезка в разных социальных группах или в индивидуальных сознаниях может отличаться кардинально. То же самое и с другими понятиями-образами. Наполнение образов «хорошо», «плохо» для разных культур, народов и временных отрезков разнится. Но, тем не менее, это ничуть не мешает им напрямую регулировать наше поведение.
А вот тут-то мы с вами подошли к самому крамольному моменту – самым непосредственным и бесцеремонным образом управляет людским поведением тот, кто наполняет эти пустые образы более конкретным содержанием. Это делают именно люди, а не некие высшие силы, от имени которых, как правило, первые и вещают… Это важно понимать, чтобы принимать (или не принимать) чужие, можно сказать, навязываемые нам правила игры вполне осознано. Я тут вовсе не призываю к ниспровержению морали, неподчинению нравственным нормам. Важно понять, что они – некий, с позволения сказать, социальный договор, который люди сами вправе принимать, корректировать или даже изменять.
Чтобы это лучше понять мои слова, достаточно с высоты мировых масштабов спуститься ближе к земле. Например, вы создаёте некий коллектив или вливаетесь в него. Любой коллектив имеет олределённый набор корпоративных правил. Эти правила не даны Богом, а установлены тем (теми), кто этот коллектив организовывал. Через них он (они) пытались проявить свое собственное видение (образ) создаваемого коллектива в соответствии с целями и задачами его создания. И нормы корпоративного поведения вовсе не догма, ведь создатель коллектива не Господь Бог и всего предусмотреть всё же не мог. В соответствии с реалиями, которые всегда заставляют как-то корректировать поведение, их можно менять, исправлять, а кое-что и отменять вовсе. У каждого коллектива корпоративные правила, без разницы - писанные или не писанные, бывают различными. И зависят они от образовательных, культурных, возрастных и прочих особенностей его членов. Но ведь люди стареют, приобретают опыт, новые знания, и было бы даже смешно, если бы в группе, состоящей из людей почтенного возраста, действовали бы правила, составленные для безусых юнцов!
Но «Как наверху, так и внизу»! Поэтому никто не мешает спроецировать это понимание и обратно наверх! Многие скажут, что так называемые общечеловеческие ценности даны нам Богом. Ну, пусть даже так! Но ведь Моисей принёс с горы Синай каменные скрижали, написанные по-человечески. К чему я клоню? А ведь на самом-то деле всё просто: даже откровения свыше транслируются людьми, имеющими свой собственный определённый набор базовых управляющих образов, который обусловлен культурным, социальным, образовательным уровнем пророка. Образы, легко передаваемые в одной культурной среде, могут быть непонятны, а потому в случае их принятия адаптированы под себя (читай – искажены) при переходе их в иную культурную среду, а если эти среды отстоят друг от друга на значительном временном и географическом расстоянии? И я назвал лишь малую часть возможных человеческих искажений даже Божественных Посланий. Попробуйте просто, в двух словах объяснить высшую математику малограмотным пастухам. Если вы – гений и найдёте для этого подходящий способ, то вам волей-неволей придётся перейти на их уровень, прибегать к понятным им образам, аллегориям, а значит, серьёзно исказить то знание, что вы попытаетесь им передать! А разве мы, люди, в различные периоды своей истории для высших сил – ровня?

Обухом по голове

На десерт вам, дорогие мои читатели, я оставил самое принципиальное и поэтому самое сложное. Хитрая логика подсказывает, что подобные рассуждения надо было бы поместить в самое начало повествования. Но очень мне не хотелось сразу огорошивать вас «обухом по голове», заявляя подобные вещи, которые способны если уж не целиком, то в значительной мере поменять многим из вас свои представления о мире, психике, её структуре, смысле жизни и многом другом.
Начну несколько издалека. Я давно заметил, что люди на любое изменение ситуации реагируют сначала эмоционально, а уж затем осмысление происходящего «спускается» на уровень логики. Причём, именно так реагируют даже солидные, привыкшие опираться на собственный ум учёные люди. Размышляя над этим, я для себя мысленно разделил психику человека на две сферы – эмоциональную и рационально-логическую, то есть, если говорить проще – на душу и ум. Конечно, велосипеда я здесь не изобрёл, поскольку большинство восточных учений именно так и делят человеческое существо. Даже Милтон Эриксон разделял психику человека на сознательный и бессознательный умы. При этом, если бы мне предложили изобразить это разделение графически, то я сферу ума поместил бы внутрь эмоциональной сферы, изобразив её гораздо меньшей в размерах. Ведь как поётся в старой песне про «ветер северный умеренный до сильного»: «… только сердце у людей сильнее разума…»
Констатация такого способа реагировать на происходящее привела меня вот ещё к какому, надо признаться, также не новому выводу – эмоциональная, аффективная сфера психики человека в ней наиболее древнее, архаичное образование. Именно так, эмоционально, а не разумно реагирует на происходящее всё живое на Земле.
Вы спросите: какое отношение это имеет к теме нашего нынешнего разговора? Да самое прямое! Человек, как и всё живое на нашей планете приходит в мир, как существо эмоциональное. Эмоциональная душа воспринимает мир целиком, не выделяя в нём ничего и ничего не оценивая, поскольку у неё ещё нет для этого инструментов – атрибутики и всевозможных критериев, которые никак не могут появиться раньше создания системы базовых эталонных образов. Сфера ума – это искусственное новообразование внутри эмоциональной сферы, которая создаётся родителями при посредстве базовых эталонных образов. Базовые эталонные образы – суть посредники между эмоциональным и разумно-логическим мирами. Они ещё отчасти представители аффективной сферы, как и любые другие образы, но отчасти они – дверь в царство разума, логики и отпирается эта дверь ключом, который называется словом. Слово – это обобщённое, отвлечённое представление образа в мире логики, его своеобразный символ, при помощи которого душа общается с разумом, которым люди научились пользоваться при общении друг с другом. «Язык» души – эмоциональный образ, язык ума – слово.
Почему слово отвлечённое и обобщённое? Дело в том, что любое слово-понятие соответствует не какому-либо вполне конкретному образу, а целому классу в чём-то сходных образов. Например, то же понятие «стул» соответствует не только его прототипу в нашем сознании, а целому семейству четвероногих, трёх- или одноногих «собратьев» из дерева, металла, пластмассы и т.д. Ключей этих – ограниченное количество, они проще и примитивнее, чем их представители в мире образов, поэтому так часто бывает просто невозможно выразить словами весь комплекс наших чувств и ощущений, перевести эмоции на язык базовых эталонных образов. Это, в общем-то, искусство, подвластное, пожалуй, лишь великим поэтам! Слова имеют двойственную природу: с одной стороны они куда более конкретны, чем презентуемый ими образ, а с другой – более неопределённы и размыты, поскольку используются для обозначения некой совокупности предметов. Говоря слово «стул», вы никуда не уйдёте от дополнительных слов при описании конкретного предмета. Про слова омонимы или даже синонимы я уже не говорю. Поэтому, для того, чтобы полнее и чётче определить нечто, нужно использовать большое количество слов, создавать контекст восприятия.
Поняв это, я научился для объяснения некоторых вещей использовать эмоциональные образы – куда проще и эффективнее бывает просто «нарисовать» эмоциональную «картинку», чем тратить для получения такого же эффекта целую кучу времени и слов. И в этом я – далеко не первый. Ещё Сам Христос, чтобы постулаты Его учения были более полно поняты теми, кому Он их передавал, использовал притчи, то есть те же самые эмоциональные «картинки». Но это – очередное лирическое отступление.
Простые, казалось бы далеко не новые рассуждения. Да, но выводы из них не выглядят столь тривиальными. Приняв предложенное положение вещей, придётся, во-первых, вернуть психологии её законное название науки о душе, а во-вторых, просто неизбежен пересмотр всех существующих моделей психики человека. Но зато, какой простор открывается для анализа психических процессов, многие из которых в этом случае предстают куда более простыми и понятными!
По-новому придётся взглянуть и на сознание, заново переопределить, что же это всё-таки такое. Раньше этимология русского прочтения этого понятия подсказывала нам, что со-знание – это общее знание, нечто близкое к юнговскому коллективному бессознательному. Считалось, что формируется оно при посредстве языковой знаковой системы. При предложенном мной подходе, где сознание, вернее его логическая, выделяющая себя из окружающего часть, сфера ума, формируется не самим языком непосредственно, а, как и положено, – эталонными базовыми образами, которые находятся на границе эмоциональной и рациональной сфер, принадлежа и той, и другой одновременно, можно попытаться открыть ещё один смысл этого слова, как это часто бывает, заложенный в него нашими мудрыми предками, любившими многоуровневые смыслы слов-понятий. Получается, что сознание – это не только общее, коллективное знание всех людей, живущих или когда-либо живших, но ещё и совместное знание души и разума! Из того же английского языка этого никак не получается!
Кстати, раз уж заговорил об английском, да простят меня носители этого весьма распространённого сегодня языка, меня прямо-таки подмывает мимоходом бросить, словно камешек в показной английский огород, одно важное замечание. Поскольку язык (его образно-знаковая система) формирует человеческое сознание (ум), то заложенные в нём образы должны обязательно предопределять и поведение его носителей. Языки, в которых нечётко, размыто определены гендерные (поло-ролевые) различия, а именно таким языком в отличие, например, от русского или немецкого, является английский язык, то и поведение его носителей по идее и логике должно клониться к унисексу или даже латентной, подавленной гомосексуальности. А как же иначе, если самим языком нечётко определяются гендерные особенности людей! Что мы с вами отчётливо наблюдаем сначала в английской, а потом и в американской внешней политике. Повышенная агрессивность, двуличие, двойная мораль, мессианство вкупе с манией преследования – всё это, с одной стороны, явные симптомы латентной гомосексуальности, а с другой - довольно яркие отличительные черты английских и американских политиков прошлого и настоящего, грезивших мировым господством, не считавшимися при осуществлении своих мессианских планов с мнением и нуждами других народов и стран. А захлестнувшая Запад борьба за права сексуальных меньшинств, зародившаяся и набравшая силу именно в англоязычных странах, сначала осторожная, а в последнее время выросшая и до вовсе бесцеремонной, лишь укрепляет эту мою гипотезу, которую, кстати, отчасти подтверждают исследования американцев Кинз(с)и и Виттельса, проводимые в середине прошлого века и прямо-таки шокирующие знающих и понимающих людей. Хотя для полноты картины не мешало бы её проверить опытным путём, но у меня, увы, нет для этого, ну, никаких возможностей!
Придётся, наконец, признать и то обстоятельство, что ментальные образы, язык души, как и она сама – суть явления физические, которые, по идее, должны подчиняться всем законам физики, а иначе как бы они взаимодействовали с тем миром, что мы сегодня называем физическим, ведь причинно-следственные связи могут образовывать явления, имеющие одну природу?
И ещё одно замечание-загадка походя. Если сознание-ум могло появиться не раньше появления языков, то как же тогда могли появиться сами языки?!
Как и для чего психика разделилась надвое, с какой целью появилось слово и вслед за ним ум? Сначала думалось мне, что речь появилась в результате деградации телепатической функции. Такой подход удобно позволяет объяснить возникновение языка не на пустом месте, хотя и намекает на несколько иную, не похожую на официальную историю человечества. Я и сейчас не совсем отказался от этой идеи. Но, начал чувствовать, что что-то здесь не так, не всё столь просто. Душа всё знает и всему верит, не требуя доказательств и объяснений, разум же вечно сомневается, что-то ищет, стремится рационально обосновать, отделить себя от целого. Уж не для разности ли потенциалов, без которой, как известно, нет никакого движения, был создан такой дуализм? Но тут сам же себя хватаю за мысль, осознавая, что в очередной раз попал в ловушку разума: зачем нужно знать нечто, если и без того душой «знаешь» всё, зачем развиваться, если сами понятия «движения» и «развития» - суть категории ума, завязанные на соответствующие оценки (эталонные образы), а совершенной душе-сознанию нет нужды куда-то зачем-то бежать, не для чего развиваться…
К сожалению, ответы на последние вопросы я вам предложить не смогу. Пока не смогу…
А может, подумаем вместе?
Категория: Статьи автора | Добавил: Автор
Просмотров: 214 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
  • Погода в Красноуфимске
  • Готовим дома вкусно и красиво